Глава 1
В старом особняке Ниро Вулфа на Тридцать пятой улице атмосфера в этот июльский понедельник была сильно накалена.
Я упоминаю об этом совсем не для того, чтобы рассказать о дурных привычках своего патрона. Нет. Просто это имело непосредственное отношение
к появлению жильца в нашем доме.
Начало всему положило замечание Вулфа, сделанное им тремя днями раньше. Каждую пятницу, в одиннадцать утра, спускаясь, по обыкновению, из
оранжереи в свой кабинет, Вулф подписывал чеки для Фрица, Теодора и меня. Я получал чек лично, а два других Вулф оставлял у себя, поскольку
любил вручать их сам.
В то утро, положив мой чек на письменный стол, он сделал легкую гримасу и сказал:
- Спасибо, что ты меня дождался.
Мои брови поднялись вверх.
- В чем дело? На орхидеи напала тля?
- Нет, но я видел в прихожей твою сумку и отметил твой пышный наряд. С твоей стороны очень любезно вот так спокойно сидеть и ждать жалкого,
ничтожного вознаграждения за твой чрезмерный труд почти до самого конца недели. Тем более что на банковском счету у нас не было такой мизерной
суммы за последние два года. И при этом ты всей душой рвешься из дома.
Я сдержал себя и ответил спокойно:
- Такая тирада, несомненно, требует ответа. Пожалуйста, я отвечу. Что же касается пышного, как вы сказали, наряда, то я уезжаю на уик-энд
за город и поэтому оделся соответствующим образом. Что касается того, что я спешу вас покинуть, то это совсем и не так. - Я посмотрел на часы. -
У меня вполне достаточно времени на то, чтобы взять машину и заехать на Шестьдесят третью улицу за мисс Роуэн. Что же касается жалкого
вознаграждения - это вы заметили верно. - Ну, а насчет вашей иронии о чрезмерном труде отвечу, что вынужден проводить большую часть времени,
сидя на собственной заднице. И это только потому, что вы решили отказаться от четырех предложений подряд. Что же касается выражения "почти до
самого конца недели", то я его понимаю. Вы имеете в виду, что я ретируюсь раньше, чем истекло время, за которое мне платят. Об этом факте вам
известно вот уже месяц. И потом, что может меня удерживать? Что же касается банковского счета, то тут я с вами полностью согласен. У вас есть
все основания это утверждать.
Я веду бухгалтерию и прекрасно знаю положение дел.
И готов помочь. Обидно только, что мой вклад так жалок.
С этими словами я взял чек большим и указательным пальцами, разорвал его поперек, потом сложил вместе обе половинки, еще раз порвал, бросил
обрывки в корзину для бумаг и повернулся к двери:
- Арчи!
Я замер на месте и посмотрел на него. Вулф метнул на меня свирепый взгляд.
- Пф! - сказал он.
Я не ответил, молча выразив ему свое презрение.
Вот эта история и накалила атмосферу, когда я вернулся из-за города поздно вечером в воскресенье. В это время Вулф был уже в постели. К
утру понедельника все, может быть, и улеглось бы, если бы не этот разорванный мною чек. Оба мы прекрасно понимали, что корешок чека должен быть
аннулирован и выписан новый чек, но он не собирался делать это. Ждал, что я сам попрошу его. Но я и не собирался выписывать чек по собственной
инициативе.
Поскольку этот вопрос так и оставался нерешенным, мрачная обстановка в доме царила с утра до самого обеда и не разрядилась во второй
половине дня.
Около четырех тридцати я сидел за письменным столом, просматривая старые счета, когда в дверь позвонили. Обычно, кроме случаев, требовавших
особых распоряжений, дверь открывал Фриц. Но в тот день мои ноги жаждали разминки, и я, не задумываясь, сам пошел к двери. Открыв ее, я увидел
нечто, что возбудило во мне приятные чувства.
Чемодан и шляпная коробка могли бы, конечно, быть куплены у кого угодно, но молодая женщина, в легком, персикового цвета платье и отлично
сшитом жакете, без сомнения, выглядела нестандартно. Поскольку она пришла к Ниро Вулфу с багажом, можно было предположить, что это перспективная
клиентка, прибывшая из другого города. Я сразу понял, что она приехала к нам прямо с вокзала или из аэропорта и явно куда-то торопилась. Я
решил, что такая особа требует сердечной встречи.
- Вы - Арчи Гудвин? Вы внесете мой чемодан?
Я прошу вас, будьте так любезны.
Я затащил чемодан и, закрыв дверь, поставил его у стены. Незнакомка тут же прислонила к нему шляпную картонку, выпрямилась и сказала:
- Я хочу... То есть мне необходимо видеть Ниро Вулфа, но, как мне известно, он с четырех до шести там наверху, в оранжерее. Вот почему я
выбрала именно это время для прихода сюда. Но я хотела прежде встретиться с вами. - Она огляделась по сторонам. - Эта дверь - в гостиную? - Ее
взгляд заскользил еще дальше, постепенно обегая всю комнату. - А эта лестница справа - ведет в столовую, слева - в кабинет? Прихожая значительно
больше, чем я ожидала. Пройдемте в кабинет?
Я никогда еще не видел таких глаз. Они были то ли коричневато-серые с коричневато-желтым оттенком в крапинку, то ли коричневато-желтые с
серыми крапинками. Но, во всяком случае, очень глубокие, большие и зоркие.
- В чем дело? - спросила она, с удивлением посмотрев на меня.
Это уже было явным жульничеством. Она прекрасно знала о том, что любой, увидевший ее глаза в первый раз, непременно уставится на них с
нескрываемым удивлением. Возможно, она даже и ждала этого. Я сказал, что проблем никаких нет, проводил ее в кабинет, предложил кресло, а сам
уселся за письменный стол.
- Итак, вы определенно бывали здесь раньше?
Она покачала головой:
- Несколько лет назад здесь был мой друг, и потом я, конечно, читала о Ниро Вулфе. - Она оглянулась. - Я ни за что бы не пришла сюда, если
бы не знала так много об этом доме, о Вулфе и... о вас. - Посетительница подняла на меня свои прекрасные глаза и продолжала:
- Я подумала, что мне лучше будет прежде поговорить с вами. Я совсем не уверена, что сразу найду общий язык с Ниро Вулфом. Видите ли, я
пытаюсь кое-что установить. Интересно... вы знаете, что мне от вас нужно?
- Конечно нет, откуда я могу знать?
- Вы не дадите мне чего-нибудь выпить? Кока-колу, рома с лимоном и побольше льда. "Мейерса", я думаю, у вас нет?
Мне показалось, что она немного торопится, но я заверил ее, что у нас, конечно же, есть все, что нужно.
Потом я встал, подошел к письменному столу Вулфа и позвонил Фрицу. Когда он пришел и принял заказ, я вернулся назад к своему вращающемуся
стулу.