А поскольку глобализация проистекает из деятельности множества людей, действующих по своей инициативе в обеспечение частных – и вовсе не глобального масштаба – интересов каждого из них, то бороться с нею реально невозможно: для того, чтобы остановить глобализацию, необходимо повсеместно прекратить экспортно-импортные операции, ликвидировать туризм, миграцию населения, гастроли деятелей различных видов искусств, художественные и прочие выставки, переводы с языка на язык деловой корреспонденции, художественных произведений и научных трактатов, свести к минимуму дипломатическую деятельность и искоренить мафии.
Соответственно такому видению искренние попытки борьбы противглобализации вообще – как неотъемлемого жизненного принципа развития цивилизации на планете –представляют собой одну из разновидностей сумасшествия. Однако и смириться с глобализацией в том виде, в каком она исторически реально протекает, – означает подвергнуть будущее человечества тяжелым бедствиям.
Дело в том, что хотя глобализация и проистекает из социальной стихии частной деятельности множества людей, преследующих свои личные цели совсем не глобального масштаба, но исторически реально глобализация носит управляемый характер. Это является результатом того, что наряду с обычными обывателями, занятыми житейской суетой и избегающими глобального масштаба рассмотрения своих личных и общественных в целом дел, в человечестве издревле существуют более или менее многочисленные социальные группы, участники которых в преемственности поколений преследуют определённые цели в отношении человечества в целом, разрабатывают и применяют средства осуществления назначенных ими целей. Поскольку выбор целей и средств обусловлен субъективно нравственностью «глобалистов», то это означает, что глобализация как таковая разными людьми может быть ориентирована на достижение взаимоисключающих целей и может осуществляться взаимоисключающими средствами по взаимно исключающим друг друга сценариям.
Но поскольку глобализацию порождает деятельность множества людей, глобалистами не являющихся, и её невозможно пресечь, то остаётся единственное: глобализации, развивающейся в направлении неприемлемых целей и осуществляемой неприемлемыми средствами по неприемлемым сценариям, необходимо противопоставить качественно иную глобализацию – приемлемую по конечным целям, по средствам их достижения, по сценариям, в которых с помощью средств достигаются намеченные цели.
И такой подход к проблеме исторически реальной глобализации и возможных ей альтернатив приводит непосредственно к вопросу об объективном – т.е. предопределённом Свыше для человека и человечества – Добре, и соответственно – об объективном Зле.
2. Генри Форд и индустриализация в СССР
В ХХ веке, по крайней мере, бульшую его часть, при глобальном масштабе рассмотрения вопрос об объективном Добре и Зле в жизни человечества исторически конкретно сводился к вопросу о том, какую из этих категорий лучше представляют «американский образ жизни» и «американская мечта» и «советский образ жизни» и «идеалы большевизма».
Многие - в том числе и представители хорошо начитанной интеллигенции – пребывают и после 11 сентября 2001 г.[2] во мнении, что история дала на этот вопрос окончательный и однозначный ответ: «американский образ жизни» и «американская мечта» – более соответствуют природе человека и человеческого общества, и потому именно они универсальны (всеобщи) и жизнеспособны; а советский образ жизни и идеалы большевизма – плод надуманного социального эксперимента и потому исторически несостоятельны, что и нашло своё – для многих убедительное – выражение в государственном, социальном и общекультурном необратимом крахе СССР. А сложившееся положение «бывшего СССР» и США на начало XXI века – один из фактов глобализации, определяющий её дальнейшие перспективы.
Наряду с этим, с середины XIX века по настоящее время течение процесса глобализации иеё качество (цели, средства их осуществления, сценарии)обусловлено тем, насколько население США и Россия использует возможности взаимопомощи и сотрудничества в развитии культуры каждой из стран. Поэтому, чтобы понять перспективы глобализации и выявить тот еёвариант, который объективно осуществим ко благу всех народов мира,недостаточно ограничиться декларацией о крахе СССР и казалось бы безоблачных перспективах США (тем более после 11 сентября 2001 г.); для этого необходимо обратиться к прошлому в нашей общей истории.
Обычно, когда требуется привести пример положительного опыта сотрудничества России и США, вспоминают вторую мировую войну ХХ века. Однако сотрудничество России (СССР) и США в этот период, на наш взгляд, это – не то явление, которое следует показывать в качестве примера для подражания нынешним и будущим поколениям политиков, предпринимателей и простых граждан обоих государств. Причина этого в том, что сплочение СССР и США в годы второй мировой войны ХХ века было обеспечено всего лишь наличием общего врага,гипотетически возможная победа которого положила бы конец истории обоих государств и их народов. А для выявления перспективмирного светлого будущего всех народов человечестванеобходим ответ на вопрос не «против кого дружить?», а «во имя каких идеалов дружить и как воплотить в жизнь общие идеалы?» Поэтому в прошлом необходимо подыскать другой пример плодотворного сотрудничества.
Индустриализация СССР – становление новых и реконструкция прежде существовавших отраслей отечественной промышленности – пришлась на годы «великой депрессии» в США и мирового экономического кризиса. В условиях кризиса, парализовавшего экономику всех промышленно развитых стран, работа на советский рынок в обеспечение индустриализации СССР была для многих фирм Запада способом их финансово-экономического выживания. Так называемые «классовые интересы», «классовая солидарность» капиталистов в борьбе с «мировым злом коммунизма» для множества из них отступала на второй план, и они были готовы работать на противное их классовым интересам социалистическое строительство в СССР ради сохранения своих фирм и своего положения в обществе в настоящем.
В годы, предшествовавшие «великой депрессии», ещё не выявиласьантимарксистская сущность большевизма по-сталински[3],вследствие чего борьба троцкистов и сталинцев внутри аппарата власти ВКП (б) и их борьба вне его за влияние на умы в советском обществе воспринималась многими (в том числе и за рубежом) как обычная борьба лидеров и их команд, так или иначе свойственная всем без исключения политическим партиям. Поскольку переустройство жизни в России на принципах марксистского «социализма» было составной частью глобального проекта переустройства внутриобщественных отношений в мире, то есть основания полагать, что и сама «великая депрессия» 1929 г. была целенаправленно спровоцирована «мировой закулисой»[4] для того, чтобы угрозой разорения принудить частный капитал промышленно развитых стран работать на строительство в СССР образцово-показательного«социализма» по Марксу. Таковы были ближайшие задачи «глобализации» в тот исторический период.
Вследствие этого индустриализация СССР протекала при активной закулисной политической поддержке её частью масонства[5] и при участии иностранного частного капитала, включая и частный капитал США, которые признали СССР официально дипломатически только в ноябре 1933 г. В таких условиях Советское правительство имело возможность выбирать из числа множества фирм, пожелавших принять участие в социалистическом строительстве в СССР, наиболее передовые в каждой отрасли деятельности.