Как пример, можно припомнить некоторые случаи. Двое молодых монтажников – один из Серпухова, другой из Рязани – на выходные приехали в город Хива, побродили по улицам, прошлись по музеям, опробовали местные блюда (лагман, шавля, самса, плов, шурпа, манты, шашлык на саксауле и прочая и прочая) в разных кафе и ресторанах под чинарами и платанами, с бассейнами, кишащими золотыми рыбами, и без хаузов (местное название водоемов во дворе), пошли на базар. Насмотревшись и напробовавшись всяких диковин и редкостей, подустали, решили вернуться «домой», в родной вагон – в городок строителей в пустыне Кара-Кум.
На прибазарной площади находилось огромное количество повозок, запряженных ишаками, молодые люди выбрали арбу, какая понравилась, уселись на повозку и тронулись в родные «палестины». Проезжая Северные ворота Хивы и чайхану справа, своим шумным и активным управлением транспортным средством в одну ослиную силу привлекли внимание горожан и милиционера. Служитель закона пригласил путешественников остановить повозку и подняться в чайхану, чайханщик скоренько организовал дастархан с зеленым чаем.
Подождав, пока «путешественники» попьют чай и перекусят, милиционер поинтересовался, как здоровье, как идет работа, всё ли хватает, как прошла экскурсия, что понравилось, а что не очень, где взяли арбу и куда направляются. Затем, выслушав восхищенные отзывы о городе, музеях, гостеприимстве, слова восторга, слова благодарности, сказал: «Ребята, на таких повозках ездят в основном аксакалы (старые люди), если вы уважаете возраст, арбу надо вернуть туда, где взяли, чтоб не обидеть пожилого человека».
Сказать, что эти слова пристыдили строителей, ничего не сказать – молодые люди то краснели, то бледнели, затем очень извинялись и просили прощения за бестактность, отвели пешком упряжку на то же место, садиться на арбу им было стыдно.
А в Ургенче один из сварщиков в привокзальном кафе обмолвился о своей родине, Сталинграде. То, что произошло потом, представить страшно. Вскоре прибежал хозяин заведения, очень возбужденный и разгоряченный, кинулся к молодому человеку, обнимал, гладил, жал руки. Затем что-то крикнул персоналу, моментально сдвинули столы, накрыли праздничный обед, уставили напитками и яствами. Усадив всех строителей за стол, узбек объявил: «Уважаемые, мне довелось воевать в Сталинграде, я дошел до Кенигсберга, дожил до Победы, однако Сталинград – самая большая и важная победа для всех нас. Спасибо, что вы здесь, спасибо за вашу работу, будьте здоровы и живите долго, живите и работайте за тех, кто погиб в войне!».
Застолье продолжалось до объявления посадки в поезд «Ашхабад – Москва», и многие блюда и кушанья отнесли в вагон, совершенно отказавшись от платы, – подарок в дорогу.
Дай Бог всем достойным людям здоровья и благополучия на долгие годы.
После разрушительного землетрясения нашу бригаду направили на восстановительные работы УКПГ Газли. Наш приезд не остановил толчки и колебания песчаной поверхности, на глазах пустыня колыхалась, как море в непогоду, вся живность – змеи, черепахи, хамелеоны, всякие ящерицы, вараны, жуки, пауки, ушастые ежи и Бог знает еще какие твари – спасали свою жизнь, выбираясь на асфальтированную автодорогу-грейдер из поселка Газли до УКПГ Газли длиной шесть километров.
Из работавшего персонала эксплуатации самые проворные занимали дверные проемы (наиболее безопасное место здания во время землетрясения), другие прыгали в окна, чтоб не попасть в завал, и бежали на дорогу, а мы смотрели и дивились – как песок дюн под ногами ходит ходуном, как трубные плети и заготовки матушка-природа, словно игрушечные, подкидывает и подбрасывает во всех пространственных положениях, как наши жилые вагончики то почти наполовину уходят в песок, то взлетают, подброшенные могучей силой.
Почему-то некоторые стекла окон в цехах, общежитиях, вагончиках рассыпались на мелкие осколки – другие же достойно пережили удары стихии. Многие предпочитали жить в палатках или вагончиках: в одноэтажных общежитиях стены и потолки были в трещинах и разломах, утром приходилось вытряхивать из постели куски штукатурки, песок и пыль, а лампочки освещения вибрировали и подпрыгивали.
На выходные и праздничные дни ездили отдыхать на природу, к северному обводному каналу Бухары. Купались, ловили в канале рыбу на удочки и руками на ощупь за жабры в водорослях, несли в рыбожарку. Местные повара чистили пойманную рыбу, затем готовили в кипящем хлопковом масле – вкус бесподобный! Играли в футбол на песке с ребятами из Болгарии, из других интербригад, приз победителям был всегда на выбор: ящик минеральной воды, ящик коньяка или ящик «огненной воды».
Однажды во время футбольной баталии откуда-то взялся варан и стал гоняться за мячом. Этот крокодил пустыни более двух метров длиной ударом хвоста ломает ноги верблюду. Экзотику накрыли одеялом, связали, и все желающие сфотографировались на память. Потом варана развязали и отпустили на волю.
Наш коллектив, выполнив задание по реконструкции УКПГ, реконструкции ДКС-1, постройке ДКС-2, постройке ДКС-3, реконструкции газопровода «Бухара – Урал», с легким сердцем уезжал в Бухару. После посещения музеев и прощальных застолий в разных ресторанах – самолетом в Ташкент, затем авиарейсы на Москву и на Тюмень, на новые объекты, новые задания, новые стройки трубопроводов. С собой везли сувениры, цветы, подарки и теплые воспоминания.
Николай Иванов
Наша работа в Киргизии
Коллектив нашей славной бригады направили в предгорья Ала-Тоо, республика Киргизия. Долгая дорога железнодорожного сообщения тянулась и тянулась, проехали центральную Россию, переехали Волгу, переехали Урал, проехали степи Казахстана, приближались к Памиру.
На рассвете поезд стал, и проводник сообщил любопытным, что до Фрунзе остался один перегон. Взошло солнце, и нашим взорам открылось бескрайнее море цветущих тюльпанов, невдалеке поднимались горы – некоторые вершины еще заснежены, некоторые зеленые, некоторые совершенно темные. Многие пассажиры поезда, выскочив из вагонов, начали собирать цветы, в каждом купе на столике стоял букет свежих тюльпанов, однако цветов вокруг поезда меньше не становилось.
Наконец, поезд тронулся и вскоре прибыл на вокзал столицы Киргизии. Бригаду встречал автобус. После ознакомительной экскурсии по городу Фрунзе мы заехали в Беловодск, угостились продукцией немецкого пивоваренного завода и прибыли на строительную площадку. Заселились в «родные» вагончики на колесах у поселка Сокулук. Местные власти расположили вагончики нашего городка в садовом хозяйстве, в междурядьях среди яблонь, груш, вишни, черешни, кустов смородины, кустов крыжовника, облепихи, кизила, бузины, боярышника… Прекрасные ароматы цветущих и отцветающих растений, плодовых деревьев, ягодных кустов будоражили кровь, обещали новые впечатления, новые приключения. Начинался новый объект – поршневая компрессорная станция, с первых реперов (отметок) и первых колышков.
В предместьях столицы и в Сокулуке жили, не смешиваясь, села немцев-переселенцев с Крыма и Поволжья, выселенцев чечен и ингушей с Кавказа, переселенцев с разных мест Украины, крымские татары, раскулаченные переселенцы с разных мест России. Между собой жили мирно, во всяком случае, за тот период, пока строилась станция, о конфликтах или раздорах мы не слышали. В каждом поселении каждый народ каждые выходные устраивали для строителей застолье. Угощения не были изысканными, но то, что кушали сами, готовили и подавали дорогим гостям, а обстановка уважения и доброжелательности делала эти посиделки очень запоминающимися.
Каждый дом, каждая семья ждали пуск компрессорной станции, ждали газ для бытовых нужд – все хотели лучшей и чистой жизни. В таких условиях всеобщей любви и почитания строители очень старались не ударить лицом в грязь, работали старательно и добросовестно, без срывов и накладок.
По выходным дням ездили на экскурсии в Фрунзе, Пржевальск, Рыбачье, Ош, посещали картинные галереи, Республиканский музей, в котором разрешали трогать экспонаты, надевать национальные костюмы и фотографироваться в них, сидеть и фотографироваться в ханской белой юрте на персидских и туркменских коврах. Ходили и пробовали всякие разности, фрукты и блюда на базарах, гуляли по улицам и бульварам, угощались в местных кафе и ресторанах, заказывали в швейных ателье костюмы на память о Киргизии. Посещали парк Панфиловцев, названный так в честь воинов, стоявших насмерть под Москвой в 1941 г., у Дворца республики, фотографировались у голубых елей, посаженных великими людьми нашей планеты (Пабло Неруда, Ганди, Неру, Гагарин и другие известные лица) на аллее славы, кормили с рук орешками и семечками белок… Почему-то вокруг все знали, что мы строители газопроводов и скоро закончим строительство объекта в Сокулуке, и скоро, очень скоро жители этой прекрасной горной каменистой стороны получат газ.
Потом кое у кого нашлись родственники – тетушка Надежда Семеновна, работавшая в институте охраны материнства города Фрунзе, двоюродные братья и сестры… В общем, родня нашего друга – наша родня, всегда открыты двери, чтобы отдохнуть, покушать, переночевать.
Через три месяца двоих – Николая Ивановича и Николая Павловича – отозвали на повышение квалификации в учебный центр Белоусово, район города Обнинск (город физиков, база Курчатовского института, один из редких городов мира с ядерным ускорителем, город с очень богатой историей). Они выезжали из Фрунзе поездом – как всегда, с началом занятий в вузах билетов на самолеты всем не хватало. Незабываемое путешествие через половину СССР, встречи и знакомства с интересными людьми, обмен адресами, налаживание контактов, приглашения посетить, погостить, проведать (это наша дорога, это наша жизнь)…
Так начинался новый этап нашей молодой жизни, начало теоретической подготовки по новым технологиям, закрепление усвоенных от старших товарищей и наставников приемов, правил, навыков работы с металлом – делать один раз навсегда. А компрессорную станцию в Сокулуке сдавали в эксплуатацию друзья, она до сих пор работает без сбоев и нареканий, наши стыки на трубопроводах работают пятый десяток, Бог даст – еще столько же отработают.
Николай Иванов
Зимняя рыбалка
Бригада прибыла на АВ-2 в Новом Уренгое, ГКС (головная компрессорная станция) магистральной нитки газопровода. На объекте начинались пусконаладочные работы. Пластовое давление газа – двести восемьдесят – триста двадцать килограмм силы на квадратный сантиметр.
Дружно и с взаимным уважением работали коллективы; рабочие из Куйбышева, Волгограда, Москвы, Сургута, Тюмени, Ноябрьска жили в импортных АБК (административно-бытовых комплексах) и питались в столовой, в которой по субботам местной молодежью устраивались танцы под песни и музыку кассетного магнитофона.
Момент общения устраивал всех: кто-то танцевал в унтах и меховой одежде, кто-то в ватнике, кто-то вполне цивилизованно – в свитерах, рубахах или костюмах. Легкий безобидный юмор, доброжелательность, уважение составляли внутренний климат нашего сосуществования. Все делали одно дело – заканчивали строительство очередного объекта газопровода – и знали всю неуместность конфликтов, любого негатива, враждебности, неуважения друг к другу. Наличие толерантности подразумевалось само собой, за одними столами сидели – один хлеб ели, общее дело делали.
И вот однажды местные рыболовы из эксплуатации объекта газового хозяйства пригласили Николая Павловича поучаствовать в первой зимней рыбалке. Он с благодарностью и удовольствием согласился: предстоял редчайший случай – порыбачить в полярную ночь в Заполярье – трудно описуемое удовольствие! Многие рыбаки знают, как волнительны сборы и подготовка к любимому мероприятию. Николай Павлович тоже старался: по работе не должно быть отставаний и нареканий, нужно заготовить снасти, продукты, холодное оружие (охотничий нож и лезвия ледобура), «огненную воду» на всякий случай (в условиях сухого закона на Крайнем Севере это что-то запредельное!). Важен и психологический настрой – если приглашенный не проявит себя, не притрется, то других прикомандированных, приезжих потом звать не будут, а это нагрузка на совесть и большая ответственность перед своими друзьями и коллегами.
Наконец наступила озвученная ранее дата похода, и согласованная группа рыбаков, одетых по погоде и сезону, в четвертом часу утра на месте сбора ожидала транспортное средство. Вскоре подкатил бегающий, плавающий, доработанный (с увеличенным пассажирским отсеком) вездеход ГАЗ-71, группа быстренько погрузилась, рассевшись в пассажирском салоне, резво двинулись к намеченной цели.
Кто хоть раз проехался на «газушке», не забудет этого «удовольствия» никогда, наверняка полигон подготовки и тренировок космонавтов – подобие езды на этом коротеньком вездеходе по тундре. После четырехчасового испытания толчками, ударами, встряхиванием, вибрацией, раскачиванием во всех пространственных положениях, прибыли на место лова, выбранного по карте, после быстрого перекуса и чаепития начали разбуривать лунки, перековыряли водоем вдоль и поперек – но в озере воды не было, сплошной лед!
Огорченно зачехлив ледобуры, посоветовались и решили ехать на другой водоем. После дополнительных трех с лишком часов испытаний добрались до другого озера, выбрались из кабины вездехода, осмотрелись – лед опять был без снега: постоянный арктический ветер не давал ему шансов закрепиться на ледяной поверхности, и высока была вероятность сплошного промерзания водной глади.
После обеденного чаепития в сумраке – это полярный день – опять начали разбуривать лед. Работали споро и эффективно, в некоторых местах добурились до мокрого песка, в некоторых местах – до придонной тины и грязи, но воды не было – значит, рыбы тоже не могло быть.
Общий совет решил: близится ночь, пора закончить рыбалку, вернуться на базу, завтра работа. Задание всем, кто сможет, – изучить проточные озера, места нереста, места нагула и места зимовки – искать рыбу.
«Освоенцы» первой волны еще не знали места зимовки рыб, так называемые ямы зимовки. Пройдет время, и местные любители зимнего лова с гордостью будут показывать свои трофеи.
Возить достойных гостей и приезжих на любимые мероприятия – всё будет, но попозже: новые снегоходы, новые средства и возможности. А пока работали, строили бесконечно прекрасное будущее и верили: оно придет – потому что МЫ его строим, и оно необходимо нашей России, нашему потомству; и гордились: МЫ – на острие главной миссии в жизни!
Николай Иванов
Старая гвардия
Николай Павлович, очередной раз отлечившись в стационаре по проблемам почек, с результатом УЗИ и результатом МРТ (магнитно-резонансной томографии) прибыл на прием к урологу. Специально выбрал для визита дождливую погоду, надеясь на малолюдье, однако получилось намного интереснее, чем ожидалось.
Люди были – немного, но присутствовали, среди всех выделялся бравый мужичок в возрасте, как сам сказал, семидесяти четырех лет, и – святая простота! – начал жаловаться на потерю мужской силы (беда пришла нежданно и негаданно). Пациент очень сильно убивался в своем несчастье, но подошла очередь, и герой направился к доктору на весьма важную консультацию.
Характер беседы между доктором и пациентом можно только представить, и вот «резервист» появился, шел, что-то бормоча, загибая пальцы на обеих руках, однако проблема была весьма наболевшей, и поэтому он принялся вслух считать расходы и пути восстановления боевых кондиций.
Курс приема таблеток – двадцать штук по две тысячи – важное и ответственное дело. Оплачу! Серия уколов по двенадцать тысяч – деваться некуда, раз начал дело – доводи до победы!..
Подошла очередь Николая Павловича увидеться с доктором. Всё прошло в ожидаемом русле: пить больше жидкости, соков, вести здоровый образ жизни, больше прогулок и свежего воздуха, больше общения с друзьями-пенсионерами, по максимуму сократить общение с диваном и телевизором.
Выйдя от доктора, Николай Павлович увидел старого гвардейца, стоявшего в ожидании, еще раз поздоровался, пожелал выздоровления, восстановления утерянных позиций и поправки здоровья на долгие годы. На это последовал повтор расчетов расходов и уверенное заключение: надо устраиваться на работу. На замечание Николая Павловича: «В вашем возрасте могут не принять» – последовало: «Пусть попробуют! Кто же будет доводить, регулировать и настраивать двигатели? А молодых моего уровня пока еще нет, чтоб работать на слух – может и есть, но очень мало, а нужда большая».
Николай Павлович поинтересовался: «А народные методы и средства проверял, пользовался или нет еще?» – на что последовал встречный вопрос: «А что это такое, с чем едят и как применяют?».
Николай Павлович в доступной форме рассказал, как жили сибиряки – поморы, староверы и казаки, как после семидесяти лет жизни, после кончины супруги, бывало, женились повторно – заводили юное потомство. Привел рекомендации: меньше пищи с консервантами и больше физических нагрузок на тазобедренную область, желательно – работа ручной косой, граблями, скирдование сена, молотьба, колка дров, расчистка снега.